Часть 2. Конфессиональный подход к сектантству


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



1. Католический подход к сектантству. Определение понятия «секта» до Второго Ватиканского собора

До Второго Ватиканского собора католическая экклесиология, исходя из того, что только Католическая Церковь является единственной хранительницей учения Иисуса Христа и занимает исключительное место среди всех христианских деноминаций, рассматривала любую протестантскую деноминацию, не принимавшую все ее догматы, не признававшую верховный авторитет папы и ставившую себя независимо от нее, как секту77.

Для католиков секта - это просто религиозная партия под человеческим неавторитетным руководством78. Признаком сектантства является разногласие по центральному католическому догмату - учению о примате римского папы. На языке православного богословия непризнание главного экклесиологического догмата соответствует понятию «ересь».

_________________
77 The Oxford England Dictionary. 1933. P. 361.
78 The Catholic Encyclopedia. N.Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Историко-филологическое определение понятия «секта»


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



3. Историко-филологическое определение понятия «секта»

Существуют два мнения о происхождении слова секта. Одни полагают, что существительное секта (secta) происходит от латинского глагола sequor (sequi), который означает «идти вслед», «следовать за»48. Другие слово секта производят от глагола secare - «отсекать», «отделять». Последнюю точку зрения в западной литературе отстаивал американский ученый Лион (Leon) в своей книге «Исследование сект», вышедшей в 1891 г. Независимо от Лиона в начале XX в. такого же взгляда на происхождение слова секта в русском богословии придерживался В. Терлецкий49. Этимологические построения Лиона и В. Терлецкого хотя и являются самостоятельными и отличаются одно от другого, но, по мнению их современников, они не получили широкого распространения и были признаны неубедительными50.

В настоящее время версия происхождения слова secta как производного от глагола secare - «отсекать», «отделять» рассматривается как одна из возможных, однако отмечается, что более правдоподобным является его происхождение от sequor (sequi), в значении следовать какой-либо личности или учению51. В классическом латинском языке слово секта означало образ мышления или тип жизни, учение, группу людей и, в более конкретном смысле, обозначало философскую школу или же политическую партию. В последнем специальном значении древние писатели говорят о политических сторонниках римского государственного мужа Антония (ум. 30 г. до Р. Х.) как о секте. Тацит (род. ок. 50 г.) сектой именовал философские школы стоиков (stoicae sectae) и киников (cynican sectam)52.

В указанный период слово секта употреблялось для выражения скорее согласия и общности в чем-то, чем обособленности от чего-либо, и первоначально этимологически никакое оскорбительное или унизительное значение не было связано с этим термином53. В таком смысле западные церковные писатели первых веков используют этот термин применительно к христианству. Христианские апологеты, видевшие свою задачу в отстаивании христианской веры от нападок со стороны язычников, стремясь быть понятыми своими современниками, писали на латыни.

Минуций Феликс (ум. ок. 210 г.) в своем диалоге «Октавий» (ок. 197 г.) словом секта называет христианское сообщество54. Такое же словоупотребление встречается у Тертуллиана (ок. 155 - после 220), которого иногда именуют создателем церковной латыни55; применительно к христианству он использует слово секта (christianae sectae) в значении общества56. В другом месте он говорит о христианстве как божественном сообществе (Dei sectae), т. е. божией секте в смысле божиего собрания (общества)57. Святитель Киприан (род. ок. 200-258), прекрасно владевший культурой латинского языка58, в своих сочинениях употребляет слово секта как в значении общества, так и в смысле учения59 и веры60.

В IV веке понятие «секта» было более конкретизировано в латинском переводе Библии - Vulgata. Перевод новозаветных книг блаж. Иеронимом Стридонским (340 или 350-420) представляет собою пересмотренные им более древние переводы текстов. Одной из особенностей языка древних переводов было сужение прежнего значения латинского слова, которое под влиянием греческого оригинала получало более конкретный смысл61, это, в частности, характерно для перевода греческого слова ересь (αἰρεσἰς). Блаж. Иероним часто (но не всегда) переводит греческое слово αἰρεσἰς латинским secta.

Так, например, греческое выражение η τον Nαξωραἰον αἰρεσἰς (представитель назорейской ереси (Деян. 24,5)), Вульгата переводит sectae Nazarenorum. Это выражение принадлежит ритору Тертуллу, обвинявшему апостола Павла перед Феликсом. Тертулл и не мог назвать христианство иначе как ересью, ибо для него оно было явлением предосудительным62. То же употребление в Деян. 28,22: греческое слово αἰρεσἰς Вульгата переводит словом secta (в синодальном переводе греческое ересь переведено как учение; в церковно-славянском, как и в греческом, используется слово ересь).

В Деяниях слово секта приобретает отрицательное значение, оно обозначает учение, противопоставляющее себя общерелигиозной норме. В еще более конкретном значении употребляет Вульгата слово секта в переводе апостольских посланий. В Послании Галатам в гл. 5 апостол Павел говорит о плодах деятельности по плоти и по духу, и к делам плоти он относит разногласия и αἰρεσἰς63, лишающие Царства Божия64. В Вульгате в данном случае (Гал. 5,20) греческое слово αἰρεσἰς переведено словом secta65.

Во Втором послании апостола Петра в греческом тексте ересь употребляется в современном академическом значении этого понятия66: …у вас будут лжеучители, которые введут пагубные ереси и, отвергаясь искупившего их Господа, навлекут сами на себя скорую погибель (2 Петр. 2,1.). В латинском тексте слово αἰρεσἰς заменено термином секта. Однако слово ересь в новозаветном греческом тексте не всегда употреблялось в смысле отступления от самой веры или некоторых ее истин. Так, например, в текстах Деян. 15,5; 26,5; 5,1567 речь идет скорее о религиозном направлении в иудейском обществе. В Первом послании апостола Павла Коринфянам68 слово ересь употреблено в смысле разногласий и споров, а не догматических заблуждений.

Вместе с тем, наряду со словом секта блаженный Иероним использует и латинизированный греческий термин ересь (haeresis), применительно к лжеучениям фарисеев и саддукеев (Деян. 5,17; 15,5). Таким образом, в греческом тексте Нового Завета слово ересь употреблялось для обозначения религиозного направления или учения и для наименования извращения истин веры69. Эта особенность термина ересь греческого новозаветного текста отразилась и в латинском термине secta в Вульгате, где оно употребляется или в нейтральном значении для наименования религиозного учения (течения, партии), не давая им какой-либо оценки, или же используется для названия учения, противопоставляющего себя учению Церкви и отвергающего его, т. е. в качестве современного понятия ереси.

Из краткого обзора использования слова секта можно сделать вывод, что в западной христианской литературе шел процесс становления термина секта в значении, близком к греческому слову ересь, как сознательного уклонения от общехристианской догмы и жизни70. В последующем в западном богословии V в. такое употребление слова секта было сохранено. В таком смысле оно используется блаж. Августином (354-430)71. В VI в. в сочинении, названном «О сектах» (De sectis), авторство которого приписывают Леонтию Византийскому72, приводится обзор всех известных ересей. Это значит, что для автора данного сочинения термины секта и ересь были синонимами.

Однако несмотря на попытки воцерковить слово секта в значении ереси, этот термин не получил широкого распространения в западной христианской литературе. «Древне-церковное право, вообще богословская наука на Западе, избегая слова secta, вместо него принимает греческое слово haeresis, haeretici и пр., и в уклонениях от церкви различают еретиков, которые колеблют авторитет церковный и придумывают новое учение, и схизматиков, которые не подчиняются только церковной иерархии»73. Латинизированный греческий термин haeresis получил намного большее распространение, поскольку был более конкретным и ясным и указывал на искажение учения Церкви, тогда как слово секта помимо этого изначально использовалось для обозначения религиозного сообщества или вероисповедания без какой-либо оценки ее вероучения.

Поэтому в первых ересиологических трудах западных писателей преимущественно используется термин haeresis, а не secta. Слово haeresis употребляет в своих противоеретических работах святой Ипполит Римский (170-236)74. Этот же термин использовался при переводе с греческого на латынь сочинения священномученика Иринея Лионского (130-202) «Ελεγχος καἰ ανατροπη ψευδωνυμον γνωσεως» («Обличение и опровержение лжеименного знания»), под названием «Сontra haereses libri quinqu» («Пять книг против ересей»). Тертуллиан также называл антихристианские учения ересями, используя, как и святой Ипполит, латинский вариант греческого слова ересь. В сочинении «О Крещении» он упоминает о некой Квинтилле, принадлежащей к ереси кайян (Caiana haeresi)75. Блаж. Августин для описания лжеучений в своем сочинении «Книга о ересях» (428 г.) употребляет латинизированный термин haeresis76.

Таким образом, в трудах западных церковных писателей преобладающее распространение получил термин haeresis. Его использование позволяло более точно классифицировать учения, в чем-либо несогласные с церковным сознанием, тогда как слово секта имело более широкий диапазон значения: от наименования вероисповедания (сообщества), придерживающегося определенного учения, до употребления в качестве синонима греческого ересь, - и, следовательно, было менее конкретным. И хотя с IV в. этот термин приобретает смысл, близкий понятию ересь, он, как свидетельствуют средневековые богословские труды и канонические постановления, не стал общепринятым. Новый этап в становлении значения термина секта начался на Западе со времен Реформации и последующего разделения западного христианства на католичество и протестантские деноминации. С этого времени содержание термина секта становится конфессиональным.

Завершая обзор этимологии термина секта, следует отметить, что в настоящее время это слово в пылу полемики некорректно пытаются применить к христианству. Иногда представители той или иной неправославной религиозной группы или ее апологеты, возражая против православных, называющих их сектантами, говорят, что христианство во время своего зарождения тоже именовали сектой в современном значении этого слова. Но такая аргументация неправильна, так как она не учитывает того, что слово секта в древности употреблялось в другом значении. Ошибка такого подхода заключается в том, что слово секта в его первоначальном значении пытаются использовать в совершенно ином культурно-историческом контексте, где за ним закрепилось другое значение.

___________________________
48 Дворецкий И. Х. Латино-русский словарь. М., 1976. С. 922; The Oxford England Dictionary. 1933. Р. 360; The Catholic Encyclopedia. N. Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.
49 Терлецкий В. Очерки, статьи и исследования по истории сектантства. Полтава, 1911. С. 17.
50 Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА, 1914. Кн. VII-VIII. С. 444.
51 The Oxford England Dictionary. Oxford, 1989. Vol. XIV. P. 842; The Oxford England Dictionary. 1933. Р. 360; The Catholic Encyclopedia. N. Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.
52 Цит. по: Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА, 1914. Кн. VII-VIII. С. 443-444; The Catholic Encyclopedia. N.Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.
53 Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА, 1914. Кн. VII-VIII. С. 443; The Catholic Encyclopedia. N. Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.
54 PL, T. 3, col. 359. «Itaque, quod pertineat ad summam quaestionis, et de providentia fateor, et Deo cedo, et de sectae, jam nostrae, sinceritate consentio». «Что касается до сущности вопроса, то я исповедую Провидение, покоряюсь Богу и признаю чистоту религиозного общества, которое отныне будет и моим». Ранние отцы Церкви / Пер.: П. Преображенский. Брюссель, 1998. С. 590.
55 Малеин А. Латинский церковный язык // Богословский вестник, 1907. Июнь. С. 268.
56 PL. T. 1, col. 490. «Nondum judaeum ab Aegypto examen Palaestina susceperat, nec jam illic christianae sectae origo consederat, Origo consederat. Apologeticus Adversus Gentes pro Christianis». «Еще Палестина не приняла из Египта сонмище иудеев, еще не поселилось там [племя, ставшее] родоначальником христианской секты…». См.: Тертуллиан. Апологетик / Пер. А. Ю. Братухина. СПб., 2005. С. 175.
57 PL. T. 1, col. 478. «Inter carnis alimenta, benedicti martyres designati, quae vobis et domina mater Ecclesia de uberibus suis, et singuli fratres de opibus suis propriis in carcerem subministrant, capite aliquid et a nobis, quod faciat ad spiritum quoque educandum, duntaxat ex caussa Dei sectae alumni confessionis suae fiunt». «Это является своеобразным вкладом благочестия, ведь эти средства расходуются не на пиршества, не на попойки и не на никчемные харчевни, но на питание и погребение нуждающихся и тех, кто в рудниках, на островах или под стражей из-за принадлежности к Божией секте становится питомцем своего исповедания». См.: Тертуллиан. Апологетик / Пер. А. Ю. Братухина. СПб., 2005. С. 172.
58 Малеин А. Латинский церковный язык // Богословский вестник, 1907. Июнь. С. 269.
59 PL, T. 4, col. 285. «Celerinus confessor quam sit moderatus et cautus, et humilitate ac timore sectae nostrae verecundus, Lucianus vero circa intelligentiam Dominicae lectionis, ut dixi, minus peritus, et circa invidiam verecundiae nostrae relinquendam facilitate sua molestus. «Исповедник скорее поспешный нежели умеренный и осторожный из-за своего смирения и благоговения перед нашим учением (верой)».
60 PL, T. 4 col. 622. «Fidei nostrae secta». «Учение нашей веры».
61 Малеин А. Латинский церковный язык // Богословский вестник, 1907. Июнь. С. 255, 258, 262.
62 Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 134-136, сноска 1.
63 Дела плоти по апостолу Павлу есть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение … распри, разногласия (соблазны), ереси и …поступающие так Царствия Божия не наследуют (Гал. 5,19-21).
64 А. С. Ересь (историко-филологическая справка) // Голос Церкви, 1914. Октябрь. С. 133.
65 Святитель Феофан Затворник в качестве одного из вариантов толкования этого выражения апостола Павла высказывает мнение о том, что под словом ереси можно понимать не разделения в предметах веры, а разногласия вообще. Он полагает, что в данном случае апостол Павел, призывая христиан к жизни по духу, противопоставляет ее жизни по плоти язычников, которая всем была известна и вызывала неодобрение не только у возрожденных благодатью христиан, но и у честных людей, с тем чтобы у христиан возбудить отвращение к делам неодобрительным, что в свою очередь приведет к отвержению плотских помыслов и пожеланий. В этом контексте слово ересь может указывать не на «разделение в предметах верования: ибо апостол пишет картину языческой жизни, а там разделений в этом роде не бывало; скорее это вообще разделение, из каких бы то видов ни было, только с враждебным, неприязненным духом, требующим изгнания или смерти противникам». См.: Феофан Затворник, свт. Толкование посланий апостола Павла. Послание к Галатам. М., 1996. С. 401.
66 Словарь библейского богословия. Киев-М., 1998. С. 335.
67 Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедовать соблюдать закон Моисеев (Деян. 15, 5). Они издавна знают обо мне, если захотят свидетельствовать, что я жил фарисеем по строжайшему в нашем вероисповедании учению (Деян. 26,5). Первосвященник же и с ним все, принадлежавшие к ереси саддукейской, исполнились зависти (Деян. 5,17).
68 Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные 1 Кор. 11,19.
69 А. С. Ересь. Историко-филологическая справка // Голос Церкви, 1914. Октябрь. С. 134.
70 Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА, 1914. Кн. VII-VIII. С. 445-446.
71 The Catholic Encyclopedia. N. Y., 1912. Vol. XIII. P. 674.
72 Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 348, сноска 224; см. также: Эсбрук М., ван. Датировка и автор De Sectis, усваиваемого Леонтию Византийскому. Опубликовано 15.07.2005 на сайте Портал-Credo.Ru
73 Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА, 1914. Кн. VII-VIII. С. 446-447.
74 «Сontra haeresin Noeti» («Против ереси Ноэта»). Цит. по: Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 140-141.
75 Цит. по: Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 239.
76 Там же. С. 338.


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Сектоведение в системе духовного образования Русской Православной Церкви


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



2. Сектоведение в системе духовного образования Русской Православной Церкви

Сектоведение как дисциплина, относящаяся к области богословского знания, призвана обоснованно раскрывать истины православной веры, сообразуясь с еретическими учениями и различными религиозными заблуждениями, проповедующими отличающийся от православного или альтернативный ему путь спасения и религиозного делания. Сектоведение как самостоятельная академическая дисциплина, по Уставу духовных академий, появилась в 1912 г., хотя первая попытка учреждения кафедры сектоведения в Московской духовной академии на средства Московской епархии в порядке частной инициативы была предпринята митрополитом Московским Владимиром (Богоявленским) в 1905 г., но она не была успешной.

До учреждения самостоятельных кафедр сектантская тематика рассматривалась как часть других дисциплин. По Уставу духовных академий 1869 г., согласно которому все предметы делились на общеобязательные и специальные по отделениям, сектантство было отнесено к церковно-историческому отделению и изучалось в академиях в рамках Истории и обличения русского раскола30. Однако быстрое развитие противоцерковных движений и сект в России во второй половине XIX в., особенно вышедших из протестантской среды штундизма, баптизма (с конца 1860-х гг.), евангелизма (1874 г.) и адвентизма (1886 г.), показало, что приходское духовенство было не вполне готово дать ему отпор, приходские священники не знали учения сектантов и не всегда эффективно могли их опровергнуть.

Учитывая потребность в священниках, подготовленных для несения пастырского служения в условиях противостояния сектам, Св. Синод внес коррективы в учебный процесс, издав указ от 28 марта 1881 г. об открытии в Московской духовной семинарии и ряде других семинарий самостоятельных кафедр истории и обличения русского раскола (слово кафедра в данном случае обозначало отдельную дисциплину) с целью «практического руководства учеников, будущих пастырей Церкви, в собеседовании с раскольниками о важнейших предметах их разномыслия с Церковью»31. Предполагалось, что в семинарском курсе будет рассматриваться старообрядческий раскол и секты и, кроме того, в семинариях будут проводиться публичные диспуты с сектантами и раскольниками при участии воспитанников семинарий. Это давало возможность ежегодно направлять на приход подготовленных священнослужителей, обладающих определенными знаниями и опытом полемики с сектами32. В осуществлении данного указа в некоторых семинариях, в том числе в Московской, помимо теоретического изучения устраивались беседы со старообрядцами и сектантами.

После очередной реорганизации духовных академий в 1884 г. дисциплина «История и обличение русского раскола» согласно новому Уставу была переименована и стала называться «История и критика русского раскола»33. По новому Уставу, сохранились общеобязательные предметы, а распределение дисциплин по специальностям отменялось, вместо них студентам предлагалось по выбору изучать одну из двух групп предметов (в Казанской академии было три группы). К первой группе относились филологические дисциплины, ко второй - историко-богословские, в том числе история и критика русского раскола.

На фоне продолжающейся напористой деятельности сектантов в Казани с 9 по 25 июля 1885 г. проходило Собрание епископов поволжских и смежных епархий, где сектантство представляло серьезную опасность. Было признано необходимым учредить и в семинариях особые кафедры истории и обличения раскола и других сект. Святейший Синод принял во внимание эти предложения и постановил открыть эти кафедры в 24 семинариях34. Через два года в 1887 г. в Москве состоялся Первый миссионерский съезд, где главным образом рассматривались вопросы борьбы со старообрядчеством, однако и сектантству на нем также уделили внимание. Участники съезда предлагали ввести в круг предметов преподавания в высших и средних духовно-учебных заведениях новую дисциплину - обличение существующих и распространяющихся в России рационалистических сект, и также расширить программу по предмету учения о старообрядческом расколе35.

Частично это пожелание было осуществлено через 10 лет, когда Св. Синод указом от 4 января 1897 г. к общеобязательным дисциплинам в МДА причислил предмет «Обличение русского раскола», наряду с историей и разбором западных исповеданий «как необходимых для пастырей Церкви, окончивших курс академии» 36. Однако этому начинанию в полном объеме суждено было сбыться только через 25 лет, когда секты заняли прочное положение в России… Все последующие миссионерские съезды обращали внимание на необходимость постоянного повышения качества преподавания и улучшения учебных программ по сектоведению.

Оценивая борьбу с сектантством в 1870-1880-е гг., главным образом с штундизмом и баптизмом, известный миссионер епископ Алексий (Дородницын) в 1909 г. писал, что Российской Православной Церкви в борьбе с ними «очень много недоставало для того, чтобы она могла быть успешной. Прежде всего у духовенства не было надлежащего знания заблуждений новой секты… Вина в этом случае падает не на духовенство, а на духовную школу, которая не дала своим питомцам надлежащих сведений о протестантизме и протестантских сектах.

При отсутствии такого знания, естественно, духовенство не в состоянии было взять верный путь в полемике с сектантами, ограничиваясь скудными полемическими сведениями, находящимися в старых учебниках по обличительному богословию. Здесь сказался новый недостаток духовной школы дореформенного времени, питомцы которой хорошо объяснялись на средневековой латыни, знали математику, физику, медицину и сельское хозяйство, но не знали Библии, т. е. не знали именно того, с чем теперь в руках оперировали баптисты, хорошо изучившие библейский текст. При таком положения дела становилось вполне понятным, что в борьбе с баптизмом духовенство не смело нападать, а вынуждено было только защищаться. Именно таким защитительным характером отличалась борьба духовенства с баптизмом-штундой от начала появления этой секты и почти до конца 80-х годов прошлого столетия (т. е. XIX в. - Р. К.)»37.

С целью повышения эффективности противостояния сектам, в частности, баптизму, в системе духовного образования наряду с реорганизацией учебного процесса (расширением программ семинарского преподавания некоторых богословских предметов, введением в семинариях кафедр (предметов) истории и обличения раскола и сектантства), обращалось внимание на «усиление нравственно-воспитательной стороны в духовных школах»38, поскольку сектанты часто указывали на нравственные недостатки в жизни духовенства, что соблазняло маловерующих и было одной из причин отпадения от Православия. В условиях роста сектантской активности в 1905 г. митрополит Московский Владимир (Богоявленский) на средства своей епархии решил открыть в МДА самостоятельную кафедру по истории и обличению русского сектантства39.

Проект программы разработал Д. Г. Коновалов, преподаватель греческого языка, интересовавшийся вопросами сектоведения и написавший диссертацию о русском мистическом сектантстве, материал для которой он собирал, за ни маясь на медицинском факультете МГУ в нервной и психиатрической клиниках40. Диссертация, защищенная в Совете МДА 24 октября 1908 г., не была утверждена ректором и опротестована московским митрополитом в Синоде. Синод поручил архиеп. Антонию (Храповицкому) дать отзыв о диссертации Коновалова. Поскольку рецензия была отрицательной, то Св. Синод не утвердил Коновалова Д. Г. в должности преподавателя сектоведения в МДА, и кафедра так и не была открыта, а Д. Г. Коновалов, согласно решению Синода от 14.08.1909 г., был уволен из МДА «за неправославный образ мыслей» в магистерской диссертации41.

В начале XX в. в семинариях сектоведение продолжало преподаваться в курсе истории и обличения старообрядчества и сектантства. Предмет «История и обличение старообрядчества и сектантства», равно как и «Обличительное богословие», согласно Уставу духовных семинарий вел один преподаватель, и на их изучение отводилось 7 уроков42. В 1908 г. по указанию Святейшего Синода была проведена ревизия духовных академий, и после отчетов ревизоров Синод принял решение переработать Уставы и пересмотреть штаты академий.

Очередная реорганизация академического образования состоялась в 1910 г. В соответствии с новым академическим Уставом, предполагавшим ряд изменений, все предметы были разделены на общеобязательные и изучаемые по выбору самими студентами, а также увеличивалось число кафедр, расширялся преподавательский состав и вводились новые предметы, в том числе «История и критика сектантства» в качестве дополнения к «Истории и обличению западных исповеданий»43. Дисциплина «История и обличение западных исповеданий и русского сектантства» не относилась к общеобязательным, на нее отводилось пять лекционных часов44.

Согласно «Изменениям» к данному Уставу, в 1911 г. сектоведение впервые было введено в круг общеобязательных предметов во всех академиях, но только по академическому Уставу 1912 г. была образована новая самостоятельная кафедра сектоведения, и оно выделялось в самостоятельный предмет «История и критика сектантства» в качестве общеобязательной дисциплины на третьем курсе, в то время как история и обличение западных исповеданий в связи с историей западной церкви от 1054 г. до настоящего времени были отнесены к числу наук, изучаемых по выбору студентов45. На сектоведение отводилось пять часов. В Уставе 1912 г. наконец-то воплотились чаяния русских миссионеров по введению в академиях кафедры сектоведения, право которой на существование в качестве самостоятельной дисциплины в отличие от ряда иных предметов утверждалось, по их мнению, самим фактом существования исследуемого ею предмета46.

До 1914 г. было издано несколько пособий по сектоведению, где сектантство изучалось с историко-богословской и культурологической (бытовой) стороны, а также в общих чертах рассматривались теоретические основы сектоведения. Это такие пособия, как: Оболенский П. Б. Критический разбор вероисповедания русских сектантов-рационалистов. Воронеж, 1898; Кутепов Н., свящ. Краткая история и вероучение русских рационалистических и мистических ересей. Новочеркасск, 1910; Буткевич Т. И., прот., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910; Маргаритов С. История русских мистических и рационалистических сект. Симферополь, 1910; Кальнев М. А. Русские сектанты, их учение, культ и способы пропаганды. Одесса, 1913. Он же: Обличение лжеучения русских сектантов-рационалистов; Плотников К. История и обличение русского сектантства. СПб., 1910. Вып. 1. Он же: История и обличение русского сектантства. СПб., 1913. Вып. 2.

Наряду с пособиями было опубликовано несколько исследований по отдельным вопросам сектоведения: Кутепов К. Секты хлыстов и скопцов. Казань, 1882; Рождественский А., свящ. Хлыстовщина и скопчество в России. Москва, 1882. Он же: Южно-русский штундизм. СПб., 1889; Коновалов Д. Г. Религиозный экстаз в русском мистическом сектантстве. Сергиев Посад, 1908; Алексий (Дородницин), еп. Религиозно-рационалистическое движение на юге России во второй половине XIX столетия. Казань, 1909. Он же: «Материалы для истории религиозно-рационалистического движения на юге России во второй половине XIX столетия». Казань, 1908; Харузин А. Н. Очерки сектоведения. СПб., 1911.

После открытия духовных школ в советское время сектоведение как отдельная дисциплина существовало в семинариях и академиях, где оно преподавалось по одной лекции (2 часа) в неделю. В ходе очередной реформы системы духовного образования в 1990-2000-е гг. сектоведение в семинариях сохранилось в виде самостоятельного предмета и читается по 2 лекции (4 часа). В академиях оно отнесено к кафедре Богословия, но лишено статуса общеобязательной дисциплины и преподается на первом курсе церковно-практического отделения (две лекции, 4 часа), несмотря на то, что в современной России появилось много новых сект и возросло количество сектантов по отношению к численности православных в сравнении с началом XX в.

Современная ситуация с преподаванием сектантской проблематики схожа с изучением сектантства в академиях после принятия Устава 1869 г. Тогда данная тематика изучалась на церковно-историческом отделении. Но в начале XX в. по причине активизации сектантской деятельности и недостаточной подготовки священнослужителей к противодействию сектантству сектоведение по Уставу 1912 г. было введено в круг общеобязательных дисциплин.

Для повышения качества подготовки будущих священнослужителей в области сектоведения в рамках семинарского курса по благословению Председателя Учебного комитета, ректора МДА архиепископа Верейского Евгения в 2007 г. на базе Нижегородской духовной семинарии состоялся семинар на тему: «Актуальные вопросы преподавания сектоведения в духовных семинариях»47. В работе семинара приняли участие представители Московской и Санкт-Петербургской Духовных академий и 13-ти семинарий. На семинар в качестве экспертов были также приглашены заместитель председателя Экспертного совета при Минюсте РФ докт. филос. наук, проф. МГУ И. Я. Кантеров и специалист по психологии влияния судебный эксперт канд. филос. наук Е. Н. Волков.

В ходе семинара были обсуждены вопросы понятийно-терминологического аппарата, методологии изучения сект и преподавания сектоведения, место сектоведения в кругу богословских дисциплин, а также учебная программа по сектоведению и обеспеченность курса учебными пособиями. Участники семинара сочли весьма целесообразным проведение диспутов с сектантами в рамках учебного процесса.

___________________
30 Глубоковский Н. Н. Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. Варшава, 1928. Москва, 2002. С. 22.
31 Скворцов В. М. Деяния 3-го Всероссийского миссионерского съезда в Казани по вопросам внутренней миссии и расколосектантства. Киев, 1898. С. 331-332.
32 Х. М. Что можно и должно сделать, чтобы семинарии служили удовлетворению потребностей епархии относительно обличения и вразумления раскола // Церковный Вестник. 1883. №27. С. 4.
33 Смолич И. К. История Русской Церкви. 1700-1917. М., 1996. Кн. 8. Ч. 1. С. 468.
34 Всеподданнейший отчет Обер-прокурора Святейшего Синода по Ведомству православного исповедания за 1885 г. СПб., 1887. С. 22.
35 Извлечение из всеподданнейшего отчета Обер-прокурора Святейшего Синода по Ведомству православного исповедания за 1887 г. СПб., 1889. С. 68.
36 Арсений (Стадницкий), митр. Дневник. 1880-1901. М., 2006. Т. 1. Примечания к главе V. С. 550.
37 Алексий (Дородницин), еп. Религиозно-рационалистическое движение на юге России во второй половине XIX столетия. Казань, 1909. С. 425-426.
38 Там же. С. 425-426.
39 Боголюбов Д. К вопросу о разработке миссионерской полемики с сектантами. В ответ на профессорскую критику // Православный путеводитель. 1906. №12. С. 243, сноска 1.
40 ЦИАМ. Ф. 229. Оп. 4. Лл. 7-8. Журналы Совета Московской Духовной Академии за 1905 г. // Богословский Вестник. 1906. №5. С. 311-312.
41 Арсений (Стадницкий), митр. Дневник. 1880-1901. М., 2006. Т. 1. Примечания к главе V. С. 576.
42 Уставы православных духовных семинарий и училищ, Высочайше утвержденные 22 августа 1884 года, с относящимися к ним постановлениями Святейшего Синода. СПб., 1908. С. 147.
43 Глубоковский Н. Н. Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. Москва, 2002. С. 22.
44 Устав православных духовных академий, Высочайше утвержденный 2 апреля 1910 г. Сергиев Посад, 1910. С. 30.
45 Устав православных духовных академий, Высочайше утвержденный 2 апреля 1910 г. Сергиев Посад, 1910. С. 29, 52; Смолич И. К. История Русской Церкви. 1700-1917. М., 1996. Кн. 8. Ч. 1. С. 486; Глубоковский Н. Н. Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. Москва, 2002. С. 22; Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Париж, 1937. Вильнюс, 1991. С. 483.
46 Варсонофий (Лузин), иером. (впоследствии епископ, викарий Казанской епархии). Проблема сектоведения как науки. Казань, 1914. С. 4.
47 Конь Р. М. Актуальные вопросы преподавания сектоведения // Труды Нижегородской духовной семинарии. Нижний Новгород, 2007. Вып. 5. С. 305-314.


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Содержание курса «Введение в сектоведение»


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



1.1. Содержание курса «Введение в сектоведение»

В первой части рассматриваются предмет сектоведения, его назначение, методы изучения сект, основные этапы становления сектоведения как академической богословской дисциплины, а также значение термина секта в западной литературе (поскольку термин секта латинского происхождения), от времени классической латыни до разделения западного христианства на католичество и протестантизм и появления двух взаимоисключающих экклесиологий, имеющих различные критерии для определения церкви и секты.

Во второй части речь идет о католическом и протестантском взгляде на сектантство. Принимая во внимание две версии о происхождении термина секта в русском богословии, из католического или протестантского богословия - в данных главах дается обзор истории и значения термина секта в этих богословских системах. Затем анализируются современные подходы к сектантству в католичестве и протестантизме, используемые в них определения понятий секта, новое религиозное движение и культ; излагается мнение западных теологов о факторах, способствующих развитию сектантства, мотивации вступления в секту и кратко рассматриваются классификации сект.

В третьей части дается обзор религиоведческих и социологических теорий новых религиозных движений (НРД), рассматривается понятийный аппарат, признаки НРД и их классификация; приводятся разные мнения западных ученых о причинах роста и факторах успеха сект (консервативных религиозных групп) по сравнению с традиционными для них христианскими деноминациями. Далее рассматривается история, идеология и практика антикультового движения, возникшего в 1970-х гг. на Западе и оказавшего влияние на богословие и методы противодействия сектантству и в католичестве, и протестантизме, а также в России, где идеология антикультового движения известна под названием теории тоталитарного сектантства. В рамках данной темы показан весь ход возникновения идеологии антикультового движения: от появления теории «промывания мозгов» применительно к военному времени на основании изучения опыта поведения американских военнопленных в китайских концлагерях с конца 1940-х - начала 1950-х гг. до использования ее для объяснения обращения человека в секту и поведения верующего в ней, с начала 1970-х гг. Рассматриваются различные модификации теории «промывания мозгов»: реформирование мышления, контроль сознания и др.; индикаторы применения контроля сознания; излагается предложенная антикультовым движением модель процесса обращения в секту, приводится также оценка этой теории представителями западных конфессий. Завершает эту часть краткий обзор оценок светскими учеными роли еврейского сообщества как в антикультовом, так и сектантском движении на примере США.

В четвертой части изучается сектоведческая проблематика в русском богословии в историческом и богословском контексте: от появления в России понятия секта в конце XVIII в. до его критики в конце XIX - начале XX вв., затем рассматривается деятельность VI Отдела по расколу и сектантству Предсоборного Присутствия, его проект анафематизмов на русское сектантство, сектантская тематика в работе Поместного Собора 1917-1918 гг. и в новой редакции чина Православия. Далее показана противосектантская деятельность Русской Церкви Заграницей на примере определения ее Соборов 1922 г., 1932 г., 1938 г., и излагается подход к новым сектам на примере противосектантских сочинений иером. Серафима Роуза. Затем кратко дается история сектоведения в России с 1988 г. и прослеживается эволюция понятийного аппарата в русском сектоведении по материалам документов Архиерейских Соборов, полемической литературы и церковных СМИ, от термина секта до термина тоталитарная секта. Показана семантическая связь теории тоталитарного сектантства с антикультовой идеологией и роль западных антикультовых центров в ее утверждении в России. Поскольку теория тоталитарного сектантства появилась совсем недавно и выдает себя за православное богословие современного сектантства, то ее критерии сопоставляются со святоотеческим подходом к заблуждениям, так как Церковь принимает все новое, соотнося его с «правилом веры» или «правилом истины», т. е. Преданием. Кроме того, показана внутренняя противоречивость теории тоталитарного сектантства, ее неисторичность и социально-политическая обусловленность признаков тоталитарных сект. После этого приводится обзор классификаций сект в русском сектоведении и святоотеческих творениях, и рассматриваются способы вхождения сектантов в Церковь и чин их приема, в зависимости от происхождения их сект и проповедуемого ими учения. В этой же части рассматриваются причины появления и распространения сект в России с XIX в. до настоящего времени и дается краткое описания наиболее известных сект и движений на Руси с XI в. до начала XX в. Этот исторический и богословский экскурс позволяет на достаточно хорошо исследованном материале изучить природу сектантства, по степени уродства и изуверства превзошедшего современные действующие в России секты, закономерности его появления и развития в России, что, по мнению проф. Н. Н. Глубоковского, поможет лучше понять природу древних ересей. В завершение дается краткий исторический обзор регулирования сектантской деятельности в России с XIX в. до настоящего времени.

Пятая часть посвящена анализу динамики и тенденций развития традиционных религий и сект в мире и в России.


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Предмет сектоведения и методы исследования


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



1. Предмет сектоведения и методы исследования

На протяжении всего бытия Церкви ей противостоят ереси и другие религиозные верования, стремящиеся ниспровергнуть Домостроительство нашего спасения. Упоминания об этой борьбе зафиксированы в самых авторитетных текстах Предания - в Священном Писании и церковно-исторических памятниках. Егезип говорит, что до времени смерти Иакова праведного «Церковь называлась чистою девою, ибо она не была еще растлена суетными учениями.

Началось растление с Февуиса, недовольного тем, что его не сделали епископом; он принадлежал к одной из семи народных сект (τον έπέα αιρέσέων). Из них же вышли и Симон, родоначальник симониан, и Клеовий, от которого произошли клеовиане, и Досифей, от которого - досифиане, и Горфей, от которого - горфеане, и Масвофей. От сих произошли менандриане, маркиониты, карпократиане, валентиниане, василидиане и сатурнилиане»6.

Появление этих лжеучений связывают с принимавшими христианство иудеями и язычниками, не отказавшимися окончательно от своих прежних верований, которые они - одни по неведению, а другие вследствие неискреннего обращения - привносили в христианство и смешивали с ним7. Упоминания о появлении еретического учения гностиков встречаются уже в посланиях апостольских, начиная с 60-х годов I века. Во Втором послании апостола Петра, в посланиях апостола Иуды, апостола Павла Колоссянам и Ефесянам, в пастырских посланиях, в посланиях апостола Иоанна Богослова и Апокалипсисе обличаются лжеучения, следование которым равносильно отвержению от искупившего их Господа (2Петр.2,1).

Ереси, или секты, как их именовали в богословской литературе в XIX в., возникшие в древности, не все исчезли и ушли в небытие. Многие из них продолжали существовать и еще долго оказывали влияние на формирование специфической религиозной среды, где возникали новые ереси. Некоторые церковные историки и светские историки религии в их существовании находят некое еретическое преемство, как бы некое противоцерковное ложное предание, дошедшее до нашего времени и оказывающее влияние на образование доктрин новых сект.

Проф. А. М. Иванцов-Платонов видит в ересях I-III вв. «основные типы, первоначальные образцы» поздних ересей: большая часть «сект, возникавших в христианском мире в I, II, и III вв., исчезли довольно скоро; лишь немногие из них продолжали существовать до IV, VI и VII столетий. Однако их влияние далеко не исчезло так скоро, но напротив, весьма сильно отражалось как на сектах позднейших, образовавшихся уже к средним векам христианской истории, так и жизни самого христианства. Прежде всего древнейшие секты независимо от частных пунктов вероучения и нравоучения со стороны общих начал и характера их представляют, так сказать, основные типы, первоначальные образцы, по которым стали образовываться позднейшие секты, подобно тому, как и в главных направлениях только что начинавшего тогда формироваться церковно-христианского богословия мы можем находить основные и вполне характерные типы позднейших направлений, развивающихся в христианском богословии»8.

В развитии сект он усматривает своего рода еретическое преемство, «как бы своего рода еретическое предание» подобно церковному. Тем не менее, это не значит, будто бы одни секты представляют буквальное повторение древнейших. «Напротив, всякая позднейшая секта несомненно представляет что-либо новое, своеобразное: идеи сект древних, переходя в позднейшие, много видоизменяются под влиянием новых исторических и национальных условий и в сочетании с другими идеями, привходящими в позднейшие секты из новых исторических и национальных источников»9. Существование сектантства прот. проф. Иванцов-Платонов представляет как процесс «мысли, тождественной по своей основе для различных исторических эпох, но видоизменяющейся в своем развитии под влиянием новых исторических условий» 10.

Стремление выявить типологическую связь между сектантскими учениями, установить влияние одних доктрин на формирование идей других, выявить «первоначальные образцы» является не поздним изобретением, а встречается в первых противоеретических трудах церковных писателей, в частности, в труде святителя Иринея Лионского «Пять книг против ересей»11. Попытки выявить некое еретическое преемство встречаются и в систематизации ересей блаж. Феодорита12, и в исследовании прот. И. Арсеньева13. Наряду с гностицизмом другим примером концепции преемственности еретических идей могут быть протестантские конфессии и секты. Их возникновению и развитию предшествовали на Западе средневековые движения оппозиционного папству направления - секты катаров, вальденсов и лоллардов14.

Нередко сами сектанты указывают на свое историческое и типологическое преемство древним ересям, а иногда пытаются показать оба вида такого преемства, чтобы доказать свою причастность к якобы древней христианской традиции. Так, баптисты и пятидесятники отмечают, что по разным вопросам вероучения их предшественниками были монтанисты, новатиане, донатисты, лолларды, вальденсы, богемские братья и анабаптисты и пуритане15.

Схожего мнения о существовании такого преемства придерживаются некоторые современные западные и отечественные светские историки религии. При этом иллюстрации такого «предания» у светских и церковных историков совпадают: так, в качестве такого примера они приводят гностицизм16, который, по их мнению, может быть представлен и как преемство определенного круга основополагающих идей, и как «некое вечное умонастроение, вневременной настрой духа… И в пользу первого, и в пользу второго подхода можно привести определенные и вполне серьезные доводы»17.

В первом смысле к гностицизму относят дохристианский гнозис, христианский гнозис: ересь гностиков и манихеев, павликиан (VII-IX вв.), богомилов (X-XIV вв.), а также альбигойцев или катаров (XI в.), генетически связанных с гностико-манихейским кругом идей и обнаруживавших тот же самый тип мышления и мировосприятия18, который впоследствии проявился в каббале: «чистым гностицизмом является лурианская каббала, мистическое течение в иудаизме, созданное Ицхаком Лурией (Ари «Святым Львом») в XVI веке»19.

В русском сектантстве типично гностические идеи находили свое выражение в хлыстовстве20. Возрождение этих идей в сектах и движениях XX-XXI вв., и прежде всего в движении «Нью эйдж» («New Age»), отмечают современные православные богословы, в частности Блаженнейший и Святейший Игнатий IV, Патриарх Антиохийский: «Распространяющаяся сегодня новая «духовность» принимает чрезвычайно размытые формы - от оккультизма и магии до весьма тонких типов гностицизма - и начинает кристаллизоваться в мистическом движении, получившем название «New Age». Эта духовность кажется антихристианской, но разве христианство, которому она себя противопоставляет, не является слишком часто выродившимся, не сводится ли оно к сентиментальному пиетизму и злобному морализму манихейского толка» 21. Гностические корни в мировоззрении этого движения усматривают и католические теологи22.

Понятие «гностицизм» во втором смысле - как некое специфическое умонастроение - характерно, по мнению Е. Торчинова, для некоторых представителей русской религиозной философии23. Таким образом, вероучительная сторона сектантства и его опровержение ничего нового собою не представляют. В исследованиях по сектантству начала XX в. отмечалось, что круг вопросов, по которым ведется полемика с ним, известен от апостольских времен, когда начались споры о церковном и нецерковном предании, о том, кому принадлежит Библия, где хранится истина Христова, а затем эта тема была продолжена в диспутах об иконах и мощах, о призывании святых и молитвах за умерших, о понимании природы Таинств…24. Современное сектантство также возникло не в идеологическом вакууме, а представляет собою модификации идей своих предшественников.

Выявление исторической и типологической преемственности ересей позволяет лучше понять, объяснить мотивы их появления, историю и особенности вероучения и религиозной практики25, т. е. составить объективное представление о природе сект. Однако, несмотря на общность сектантских идей, их следует рассматривать, по мнению проф. Иванцова-Платонова, в динамике, поскольку различия между сектой-архетипом или движением-архетипом и вышедшими из них группами могут порою быть весьма существенными.

Очевидно, что хорошее знание сектантских доктрин и их особенностей является непременным условием эффективного опровержения этих заблуждений. Однако сектоведение не ограничивается лишь изучением сектантских доктрин и их опровержением. Оно не исчерпывается обличением заблуждений и выискиванием негативного в них. Цель сектоведения, как и богословия в целом, изначально положительна. Сектоведение имеет целью раскрытие православного учения, сообразуясь с заблуждениями еретиков. Именно такой подход при изучении и опровержении еретических заблуждений мы встречаем у святых отцов.

Так, у св. Иринея Лионского «на первый план выступает полемика с гностицизмом, но не она главное, - полагает Э. Поснов. Ему, при его глубоко верной постановке дела, не было большого труда показать заблуждения гностицизма с точки зрения христианского теизма. Для него совершенно важнее и труднее была положительная сторона дела - укрепить, а иногда создать вновь те или иные положения как принципы христианства, ибо при удачной постановке принципиальных положений, твердом обосновании их и отчетливой формулировке выяснялась сама собою нелепость всех претензий еретиков»26.

Подход св. Иринея был не частным решением противоборства ересям. Так понимали суть и строили антисектантскую работу русские православные миссионеры в дореволюционное время. Главная цель их бесед с сектантами заключалась в изложении православного учения и оказании помощи заблуждающимся в уяснении их ошибок27. В настоящее время к такому же подходу к вызовам Церкви призывает Святейший Игнатий IV, Патриарх Антиохийский: «среди самых насущных задач… быть внимательными к современному неоязычеству - не столько ради того, чтобы его проклинать, но чтобы его преодолевать через углубление нашей веры, по примеру св. Иустина (II в.), различавшего во всем «семена Слова»28.

Именно такими виделись задачи сектоведения, когда обсуждался вопрос об открытии кафедры сектоведения в МДА в 1905 г. Тогда отмечалось, что эта академическая дисциплина должна давать: во-первых, «точное и чуждое всякой тенденциозности исследование прошлой и … современной жизни русского сектантства; во-вторых, образцы строго научной богословской полемики против сектантских заблуждений» 29. Для решения этих задач следует использовать исторический и полемико-догматический (полемико-богословский) метод.

Исторический метод позволит проследить историю секты на всем пути ее развития: момент ее зарождения, дальнейшее развитие вплоть до современного состояния или до прекращения ее существования. Он даст возможность рассмотреть ту или иную секту как продукт исторических, политических и религиозно-бытовых условий жизни народа, а не только как отвлеченную доктрину, содержащую определенные теоретические положения, подлежащие опровержению. Изучение вероучения сект, их отношение к православному учению, опровержение сектантских заблуждений и изложение православного понимания оспариваемых сектантами вопросов, сопоставление принципов духовной жизни в сектах и Православии будут составлять суть богословского подхода к сектантству.
_____________________
6 Памфил Евсевий. Церковная история. СПб., 1858. Т. 1. С. 209-210. Цит. по: Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 133.
7 Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 133.
8 Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 3.
9 Там же. С. 4-5.
10 Там же. С. 5.
11 Проф. Э. Поснов в своей книге «Гностицизм II в. и победа Христианской Церкви над ним», касаясь способа описания и опровержения гностицизма в труде святителя Иринея Лионского «Пять книг против ересей» («Опровержение лжеименного разума»), отмечает, что в третьей книге «при изложении еретических гностических учений… подчеркивается лишь связь отдельных учений…», а вторая книга содержит «в себе «общее ниспровержение» валентинианства, а значит, и всего гностицизма, так как валентинианство есть «сокращение всех ересей» (соб. еретиков)». См.: Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 682.
12 Более подробно о систематизации сект в разделе, посвященном их классификации.
13 Арсеньев И., прот. Секты Европы от Карла Великого до Реформации. М., 1913. М., 2005. С. 106.
14 Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 4.
15 История баптизма. Одесса. 1996. Сб. Вып.1. С. 14-17; Систематическое богословие / Под ред. С. Хортона. Миссури. 1999. С. 497-498.
16 Один из исследователей гностицизма Г. Йонас отмечает, что в течение долгого времени он воспринимался как конкретное историческое явление прошлого, как христианская ересь, но в XIX-XX вв. в связи с критическими исследованиями гностических систем древности было установлено, что гностицизм не исчерпывается христианской ересью. - Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 48.
17 Торчинов Е. Гносис и гностицизм // Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 4.
18 Арсеньев И., прот. Секты Европы от Карла Великого до Реформации. М., 1913. М., 2005. С. 106; Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 54; Торчинов Е. Гносис и гностицизм // Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 7-8.
19 Торчинов Е. Гносис и гностицизм // Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 4.
20 По причине непоследовательности, иногда противоречивости и примитивности хлыстовских представлений о Боге и мире трудно судить об их онтологии, но хлыстовское учение о нравственности весьма близко гностически-манихейской этике, в основании которой лежит дуализм. Подобно им «хлысты учат, что тело человека («плоть»), как материя, как произведение дьявола, есть источник всех зол и бедствий человеческих, корень всех духовных страстей и похотей, причина разврата и нравственного падения, и - поэтому душа, как творение Божие, должна вести с ними борьбу в течение всей земной жизни». См.: Буткевич Т. И., прот., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 36.
21 Игнатий IV, Патриарх Великой Антиохии и всего Востока. Православие и современность: направление свидетельства // Русская мысль. 1997, №4173 (8-14 мая). Церковно-общественный вестник. 1997, №15 (8 мая). С. 4.
22 «Когда же кто-нибудь как следует изучит труды ньюэйджеров, то вскоре становится ясным, насколько мало в «Нью эйдж» нового». Корни генеалогического древа ньюэйджеровских учений обнаруживаются уже в воззрениях гностических сект, появившихся во времена раннего христианства». См.: Кантеров И. Последователи «Нью эйдж» не нашли свое место в Церкви. Ватикан опасается новых религиозных движений // НГ-религии, 02. 07. 2003.
23 Торчинов Е. отмечает, что «сильное влияние гностического мышления с его мифологизмом и мистической устремленностью к восстановлению расколотого единства бытия может быть прослежено в русской религиозной философии рубежа веков». У некоторых представителей русской религиозной философии он усматривает гностицизм «не только типологический, но и в смысле прямых терминологических и сюжетных заимствований». Так, «Вл. Соловьев не только пишет о Софии-Премудрости, но и имеет с ней мистические встречи; более того, она беседует с ним и водит его рукой при написании философских текстов. Философ говорил, что в гностицизме и каббале больше мудрости, чем во всей новоевропейской философии, и называл гностика Валентина великим мыслителем за его учение о материи как производном от ума». Таинственный друг Вл. Соловьева журналистка «Анна Шмидт вдруг провозглашает себя воплощенной совокупной Церковью и Софией. Последователь Вл. Соловьева С. Н. Булгаков создает целую религиозно-мистическую систему софиологии» (См.: Торчинов Е. Гносис и гностицизм // Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998. С. 4). Бердяев Н. называл теософию и антропософию современным гностицизмом: «Теософия есть современный гностицизм, она хочет дать душе человеческой не религиозную веру и не отвлеченное научное знание, а целостное премудрое знание» (См.: Бердяев Н. Теософия и антропософия в России // Бердяев Н. Типы религиозной мысли в России. Париж, 1989. Т. 3. С. 464). Увлечение в России теософией и антропософией прот. Г. Флоровский считал «психологическим рецидивом гностицизма». Его проявление он объяснял тем, что в начале XX в. религиозная философия возникла у нас «как особый тип философского исповедания и делания». Однако в увлечении религиозной философией сказывалось «не только искание мировоззрения, но еще большая потребность в интимном духовном правиле или ритме жизни, в аскезе и опыте. Отсюда же и увлечение антропософией, именно как определенной практикой и путем» (См.: Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Париж, 1937. Вильнюс, 1991. С. 485). Однако хотя между «классическим» гностицизмом и некоторыми современными течениями, например, теософией или антропософией, наблюдается близкое типологическое сходство, несмотря на это существует и четкое различие (Э. Поснов, Н. Бердяев, Е. Торчинов, Г. Йонас). Принципиальное различие между гностицизмом и его современными проявлениями (теософией, антропософией) обнаруживается в онтологии: еретики-гностики придерживались строгого дуализма, а гностические концепции нового времени являются пантеистическими: «теософическое сознание… - заключает Н. Бердяев, - есть решительный и крайний имманентизм и монизм» (См.: Бердяев Н. Теософия и антропософия в России // Бердяев Н. Типы религиозной мысли в России. Париж, 1989. Т.3. С. 468). Если у гностиков четко выражен антикосмизм (мир как результат некоей трагической ошибки или тюрьма для частицы света/духа), то столь же яркий космизм (оптимистический взгляд на природу творения, стремящегося к единению с Абсолютом и «обожению») встречается в новых гностических доктринах (См.: Торчинов Е. Гносис и гностицизм // Йонас Г. Гностицизм. СПб., 1998). Однако такой расширенный взгляд на гностицизм не разделялся Э. Посновым. Он считал, что при таком подходе от него «осталось лишь одно имя и неправильно выведенный из названия, без внимания к известному историческому явлению, принцип превосходства гносиса, знания над верою и - диссидентства, раскола, уклонения от общего церковного и не церковного течения». Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. IX.
24 Варсонофий (Лузин), иером. (впоследствии епископ, викарий Казанской епархии). Проблема сектоведения как науки. Казань, 1914. С. 16.
25 Иванцов-Платонов А. М., прот., проф. Ереси и расколы первых трех веков христианства. М., 1877. Ч. 1. С. 4.
26 Поснов Э. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 669-670.
27 См.: Кузнецова Т. Н. Опыт противосектантской деятельности РПЦ в конце XIX - начале XX века // Миссионерское обозрение. 2000. №10-12. С. 27-31.
28 Игнатий IV, Патриарх Великой Антиохии и всего Востока. Православие и современность: направление свидетельства // Русская мысль. 1997. №4173 (8-14 мая). Церковно-общественный вестник. 1997, №15 (8 мая). С. 4. В этом же видят суть антисектантской работы и современные миссионеры. Руководитель Центра реабилитации жертв нетрадиционных религий (г. Москва) священник Олег Стеняев полагает, что православную миссию среди сектантов нельзя воспринимать как контрмиссию (состоящую только в изобличении сектантов и выискивании темных сторон их деятельности), поскольку она заключается не в протесте, а в утверждении положительного учения Церкви. См.: Стеняев О., свящ. Опыт реабилитации жертв сектантской агрессии // Миссионерское обозрение. 2000. №1. С. 12.
29 Доклад проф. В. О. Ключевского и и. о. доцента по кафедре истории и обличения русского раскола И. М. Громогласова Совету МДА о печатных трудах Санкт-Петербургского миссионера, кандидата богословия Д. Боголюбова // Богословский Вестник. 1906. №5. С. 293.


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Часть 1. Сектоведение как дисциплина


Конь Роман Михайлович

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника



Введение

В первую неделю Великого поста в чине Торжества Православия Церковь анафематствует еретические заблуждения и прославляет защитников Православия, предостерегая верных чад от гибельных заблуждений, от ложных путей спасения, уводящих от Царства Божия. Однако в лексиконе современного сектоведения наряду со святоотеческим богословским понятием «ересь» используются появившийся в русском богословии с конца XVIII в. термин секта и вошедшие недавно в употребление выражения тоталитарная секта и деструктивный культ.

В то же время столь привычное и понятное воцерковленному человеку (да и не только ему) понятие «ересь», ясно и четко обозначающее, где истина, а где ее подмена, употребляется весьма редко. Получается, что в области сектоведения существует, по меньшей мере, два языка: богословский святоотеческий и новый, претендующий на статус богословского. Совместимы ли эти два языка, говорят ли они об одной и той же реальности или же обозначают две совершенно разные? Одни считают, что термин секта - это синоним ереси, если речь идет о группах, вышедших из христианской среды; другие, как сторонники доктрины тоталитарного сектантства, полагают, что это несопоставимые понятия, даже если речь идет о группах, имеющих христианские корни.

В современной церковной полемической литературе, посвященной деятельности различных антицерковных религиозных групп, терминологическая проблематика затрагивается лишь частично, в то время как она порождает целый ряд вопросов, непосредственно связанных с методологией противодействия сектам. Следует отметить, что данная проблема возникла не в настоящее время и была сформулирована и поставлена еще сто лет назад, в начале XX в. Во второй половине XIX - начале XX столетия в России наблюдался очередной подъем сектантской деятельности. В то время активно распространялись лжеучения, как возникшие в России: хлыстовство, скопчество, молоканство, духоборчество, толстовство, иоаннитство, иеговизм, малёванщина и другие, так и проникшие с Запада - меннонитство и новоменнонитство, штундизм, баптизм, евангелизм и адвентизм седьмого дня. Группы, исповедовавшие эти лжеучения, именовали сектами.

В противостоянии им Церковь накопила большой опыт, и тогда же были предприняты многочисленные попытки его обобщения для выяснения природы сектантства, формулировки определения секты и ее критериев. В результате проведенной работы было предложено несколько определений понятия секты и ее признаков. Под сектой в самых общих чертах подразумевалась «группа людей, отделившихся от единства Православной Церкви и живущих отдельной самостоятельной жизнью в замкнутой среде своих религиозных идеалов»1.

В то же время отмечалось несовершенство существовавших определений сектантства и понятийного аппарата, используемого в сектоведении2. Обращалось внимание на то, что эти определения не указывали, чем разнится секта от раскола или ереси, а отдельные определения секты, применявшиеся, например, к баптистам, евангелистам или толстовцам, можно было приложить и к известным ересям (Ария, Нестория, Евтихия), и к раскольникам старообрядцам.

В некоторых критических публикациях начала XX в. причину терминологической неопределенности видели в том, что термин секта сравнительно недавно проник из западного богословия в русское и был не полностью воцерковлен. Тогда же отмечалось, что слово секта не встречается в Священном Писании, догматических документах Вселенских Соборов, восточных святоотеческих творениях, в том числе в ересиологических сочинениях, в канонических памятниках и в переводах этих текстов на русский язык. В доказательство понятийной неопределенности термина секта исследователи начала века ссылались на святителя Василия Великого, указывавшего на три вида отпадений от Православной Церкви, которые он называет ересью, расколом и самочинным сборищем. Под последним он подразумевал, как полагали, «не секту, а самовольные собрания, которые могут быть устрояемы непокорными пресвитерами без разрешения их епархиального епископа, или епископами - без согласия их митрополита, или же «ненаученным народом»3.

Обращалось внимание и на то, что в Пространном катехизисе Православной Восточной Кафолической Церкви святителя Филарета (Дроздова) говорится только о ереси и расколе, а о секте даже не упоминается4. Последнее замечание было очень весомым, так как митрополит Филарет пользовался большим авторитетом среди богословов. В ходе исследования понятийно-терминологического вопроса в сектоведении многие миссионеры пришли к мнению, что слово секта по содержанию близко термину ересь.

Процесс обсуждения терминологической проблематики в сектоведении в России был, по сути, прерван после 1917 года и возобновлен в начале 1990-х гг. Частично работа в этом направлении продолжалась за границей в эмиграции. С 1994 г. наряду со словом секта в русском сектоведении стали использоваться термины, обозначающие новые понятия: «тоталитарная секта» и «деструктивный культ». Причем новыми терминами стали именовать и те группы, которые прежде назывались просто сектами, например, пятидесятников, иеговистов, мормонов.

Таким образом, в русском сектоведении с 1994 г. существует несколько терминов для обозначения одних и тех же религиозных групп: ересь, секта, тоталитарная секта, деструктивный культ и культ, которые используются по-разному, то как отличные друг от друга понятия, то как синонимы. Некоторые сторонники теории тоталитарного сектантства заявляют: со второй половины XX в. Церкви противостоят секты с якобы принципиально новой природой, с которыми не приходилось сталкиваться святым отцам, и, следовательно, их опыт противостояния ересям не может быть использован в борьбе с новыми антицерковными группами - тоталитарными сектами и деструктивными культами.

Поскольку новейшие термины тоталитарная секта, деструктивный культ появились недавно с претензией на единственно адекватное описание природы антицерковных групп и выдаются за православное богословие сектантства на современном этапе, то надлежит выяснить, насколько обоснованы подобные заявления. Столь значительное внимание к терминологической проблеме в сектоведении, уделяемое ей с начала XX века, является не абстрактно-отвлеченным вопросом и не данью схоластике, но имеет практическое значение - ведь от того, в чем усматривается сущность сектантства, будут зависеть и методы борьбы с ним и их эффективность.

Одно дело, когда мы идентифицируем по заранее составленной классификации какую-то группу как тоталитарную секту и воспринимаем ее как нерелигиозную по природе, как мафиозную структуру, прикрывающуюся религиозной риторикой для сокрытия преступной деятельности, в которую вовлекаются люди помимо их воли и удерживаются в ней с помощью технологий изменения сознания, с целью выкачивания финансовых средств и захвата власти.

И совсем другое, когда какую-либо группу рассматривают как религиозную, проповедующую ересь, лжеучение, стремящееся разрушить дело спасения, совершенное Христом, или проповедующую нехристианское учение, язычество, утверждающее себя в противостоянии Православной Церкви, стремящееся подменить Православие или ассимилировать его, совращая православных верующих в свое заблуждение или увлекая к себе тех, кто является по культуре христианином.

Эти два различных представления о природе сект, обозначенные соответствующими терминами: тоталитарная секта или деструктивный культ и ересь или секта определяют две отличные друг от друга методологии противостояния им. В первом случае борьба с сектантством переводится в медицинскую и правовую плоскость, с привлечением соответствующих средств, не свойственных Церкви, а во втором случае в богословскую и тогда содержание полемики с сектантством будет заключаться в раскрытии тех положений православной веры, которые им искажаются или оспариваются, и Церковь будет бороться с ним данными ей благодатными средствами, что отвечает ее призванию и ее природе.

Поскольку теория тоталитарного сектантства является совершенно новой в богословии и претендует на название церковной, то надо сопоставить ее подход к сектантству с опытом Церкви, со святоотеческим подходом к нему, как «единственном «источнике» и «критерии» богословия»5, т. е. критерием церковности суждений. Это предполагает выяснение целого ряда вопросов, в том числе связанных с предложенным новым понятийным аппаратом. Ведь сектоведение относится к богословским дисциплинам, и оно должно описывать предмет своего изучения, используя свойственный богословию понятийно-терминологический аппарат, классифицировать секты, изучать их, вести полемику с ними и т. п., исходя из принципов, принятых в богословии.

Поэтому надо установить, будут ли термины тоталитарная секта и деструктивный культ, заимствованные из другой области знаний, эффективными и в богословской системе понятий; насколько они целесообразны и предпочтительны перед традиционным богословским термином ересь и более поздним секта; в какой мере они соответствуют сложившейся языковой практике, исторически первоначальному истолкованию, насколько удобно пользоваться ими и не приводит ли их употребление к противоречиям и дублированию общепринятых терминов. Решение этой задачи включает в себя изучение происхождения новых терминов, факторов, оказавших влияние на их формирование, путей и обстоятельств появления в православной литературе по сектам…

Учитывая тот факт, что теория тоталитарного сектантства заявила о появлении совершенно нового сюжета в развитии религий в мире - тоталитарных сект, то надлежит установить, в какой мере это утверждение истинно, в какой мере эта теория подтверждается эмпирически. Принимая во внимание влияние западной литературы по сектам на изучение сектантства в России, в данном курсе будет сделан обзор западных доктрин сектантства и опыта противостояния им, чтобы избежать совершенных ошибок и выявить положительные моменты в борьбе с сектами на Западе.

Вместе с тем, знание особенностей понятийного аппарата и подходов к сектантству поможет сориентироваться в огромном количестве зарубежной литературы по данной тематике. Хотя сектоведение является богословской дисциплиной, тем не менее, изучение религиоведческих и социологических теорий сектантства представляется весьма важным для уяснения понимания светской наукой природы сект, ее отношения к церковному подходу к данной проблеме, ее дискуссии с антикультовым движением и отчасти для понимания отношения светских властей к этой проблематике.

__________________________
1 Плотников К. История и обличение русского сектантства. СПб., 1910. Вып. 1. С. 2.
2 Например: Фетисов Н., свящ. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА. 1914. Кн. VII-VIII. С. 443; Дородницын А. Основные формы сектантских заблуждений // Миссионерское Обозрение. 1902. Февраль. С. 225-236; Буткевич Т. И., прот., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 2; Айвазов И. Г. Что такое секта // Миссионерское обозрение. 1904. №19. С. 1247-1351; Грацианский Д. Что такое секта вообще и «рационалистическая» и «мистическая» в частности? // Миссионерское обозрение. 1904. Май. С. 971-980.
3 Буткевич Т. И., прот., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 2.
4 Там же.
5 Шмеман А., прот. Дневники. 1973-1983. М., 2005. С. 508.


КОНЬ РОМАН МИХАЙЛОВИЧ

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


Вернуться к оглавлению учебника
7 апреля 2010 admin
Введение в сектоведение


КОНЬ РОМАН МИХАЙЛОВИЧ

«ВВЕДЕНИЕ В СЕКТОВЕДЕНИЕ»


По благословению архиепископа
Нижегородского и Арзамасского Георгия

Выражаем благодарность за помощь в
издании книги генеральному директору
ЗАО «Холдинговая компания ИНТЕРРОС»
Клишасу Андрею Александровичу


Русские не понимают друг друга, потому
что не договариваются о словах
(протоиерей А.Шмеман, «Дневники»)


ОГЛАВЛЕНИЕ

Часть 1. Сектоведение как дисциплина

Введение
1. Предмет сектоведения и методы исследования
     1.1. Содержание курса «Введение в сектоведение»
2. Сектоведение в системе духовного образования Русской Православной Церкви
3. Историко-филологическое определение понятия «секта»

Часть 2. Конфессиональный подход к сектантству

1. Католический подход к сектантству. Определение понятия «секта» до Второго Ватиканского собора
     1.1. Сектантская тематика от Второго Ватиканского собора до середины 1980-х гг.
     1.2. Сектантская тематика в официальных документах со второй половины 1980-х гг. «Секты или новые религиозные движения: пастырский вызов»
          1.2.1. Проблема определения и классификации сект
          1.2.2. Влияние идеологии западного антикультового движения на католическое представление о природе сектантства в 1980-1990-е гг.
          1.2.3. Социально уязвимые группы и причины роста сект

     1.3. «Христос несет живую воду»
          1.3.1. Привлекательность «Нью эйдж»
          1.3.2. «Новизна» «Нью эйдж»
          1.3.3. «Космический Христос» и Христос Евангелия
          1.3.4. Кто стоит за «Нью эйдж». Обращение: принуждение или поиск
          1.3.5. Предварительные выводы

     1.4. Терминологическая проблематика в полемической литературе
          1.4.1. Секта
          1.4.2. Культ
          1.4.3. Новые религиозные движения
          1.4.4. Особенности НРД

     1.5. Методологические изъяны социологического подхода к религии и теории «промывания мозгов»
     1.6. «Опус Деи»: католический культ
2. Протестантский подход к сектантству. Предварительные терминологические замечания
     2.1. Краткая история протестантского противокультового движения на Западе
     2.2. Протестантская терминология. Секта. От Лютера до конца XIX в
     2.3. Протестантская терминология. Секта. Начало XX в
     2.4. Протестантская терминология. Культ
     2.5. Молодежные религии. Классификация молодежных религий
     2.6. Квазирелигии П. Тиллиха
     2.7. Наиболее распространенные культы в XX в. (по противокультовым публикациям)
     2.8. Причины увлечения культами и попадания в них
     2.9. Рекомендации полемистам с культами
     2.10. Термин секта в западном церковно-государственном праве до начала XIX в

Часть 3. Светский подход к сектантству

1. Религиоведческие и социологические концепции новых религиозных движений. Введение
     1.1. Терминологическая проблематика в западном религиоведении и социологии религии. Церковь, секта, деноминация
          1.1.1. М. Вебер
          1.1.2. Э. Трёльч
          1.1.3. Р. Нибур
          1.1.4. Современные подходы
          1.1.5. Факторы, способствующие образованию новых сект и деноминаций

     1.2. Культ
     1.3. Культ и секта: сходство и отличие в признаках и факторах, способствующих их эволюции и распространению
     1.4. Новые религиозные движения: проблемы терминологии и классификации, основные черты
          1.4.1. Особенности НРД
          1.4.2. Первое поколение
          1.4.3. Харизматический лидер и обособленность НРД
          1.4.4. Обращение и выход из НРД
          1.4.5. Проблема насилия и последствия вовлеченности в НРД

     1.5. Терминологическая проблематика в российском религиоведении и социологии религии. Церковь и секта
          1.5.1. Религиоведческий статус РПЦ
          1.5.2. Культ
          1.5.3. Новые религиозные движения
          1.5.4. Что нового в новых религиозных движениях
          1.5.5. Религиозны ли новые религиозные движения
          1.5.6. Традиционная и нетрадиционная религиозность
          1.5.7. «Новый век» или «Нью эйдж»
          1.5.8. Молодежные, обновленческие и оппозиционные религии
          1.5.9. Альтернативные, новые и восточные религии
          1.5.10. Харизматические культы

     1.6. Классификация сект (некоторые примеры). Географическая, историческая и вероучительная классификация
          1.6.1. Классификация Г. Мелтона
          1.6.2. Некоторые примеры частных классификаций

     1.7. Правозащитные тенденции в российском религиоведении
2. Антикультовое движение на Западе: история, идеология и практика. Введение
     2.1. Краткая история светского антикультового движения. Контркультурная революция и восточные религии и культы
     2.2. Антикультовое движение в Америке
          2.2.1. Тэд Патрик как основоположник депрограммирования
          2.2.2. Создание родительских комитетов и первых антикультовых организаций
          2.2.3. Социологи против психологов: «промывание мозгов» или обращение
          2.2.4. Американские христиане против теории депрограммирования
          2.2.5. Американская психологическая ассоциация и антикультовое движение

     2.3. Антикультовое движение в Европе
          2.3.1. Правительственные комиссии по изучению деятельности культов
     2.4. Идеология процесса «промывания мозгов». Происхождение термина «промывание мозгов»
          2.4.1. Р. Лифтон - создатель теории реформирования мышления («промывания мозгов»)
          2.4.2. Психологическая теория эго-идентичности Э. Эриксона и ее влияние на Р. Лифтона
          2.4.3. Восемь признаков реформирования мышления по Р. Лифтону
          2.4.4. Три стадии трансформации мышления по Э. Шайну
          2.4.5. Шесть признаков использования технологии «промывания мозгов» по М. Сингер
          2.4.6. Теория «промывания мозгов» и светская наука

     2.5. Практика депрограммирования
     2.6. Идеология и практика консультирования по выведению из сект
          2.6.1. Определение культа
          2.6.2. Классификация культов
          2.6.3. Контроль сознания
          2.6.4. Теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера
          2.6.5. Четыре признака использования контроля сознания
          2.6.6. Модель трансформации сознания по С. Хассену
          2.6.7. Практика консультирования по выведению из сект
          2.6.8. Подход стратегического взаимодействия (ПСВ)
          2.6.9. ПСВ или консультирование?
          2.6.10. Выводы

3. Еврейская оппозиция сектам на примере США

Часть 4. Православный подход к сектантству

1. Сектантская тематика в русском богословии до 1917 г. Введение
     1.1. Понятие «секта» в литературе по исследованию древних ересей
     1.2. Понятие «секта» в противосектантской миссии и литературе
     1.3. Обсуждение сектантской тематики VI Отделом Предсоборного Присутствия
          1.3.1. Проект осуждения учения сектантов
     1.4. Сектантская тематика и реформа духовного образования в начале XX в.
     1.5. Теософия и антропософия - новый вызов Церкви
     1.6. Сектантская тематика в документах Предсоборного Совета и Поместного Собора 1917-1918 гг.
          1.6.1. Положение VI Отдела Предсоборного Совета «О русских сектах и меры церковной борьбы с ними»
          1.6.2. О миссии и противосектантских миссионерах
          1.6.3. Осуждение сектантских учений в чине Последования Православия, принятого Поместным Собором 1917-1918 гг.
          1.6.4. Чин Православия

     1.7. Использование терминов ересь и секта в документах Святейшего Синода Православной Греко-Российской Церкви и в государственных законах Российской империи
     1.8. Выводы
2. Русское заграничное сектоведение
     2.1. «Послание Русского заграничного Церковного Собора о спиритизме, магнетизме, теософии и прочих оккультных вымыслах», 1921 г.
     2.2. Осуждение теософии, антропософии, масонства на Соборе 1932 г.
     2.3. Осуждение оккультизма, теософии, спиритизма на Втором всезаграничном Соборе 1938 г.
     2.4. Полемика с новыми сектами в 1970-х гг. в США
     2.5. Сравнительный анализ церковного и антикультового подхода к новым сектам (по трудам иеромонаха Серафима Роуза)
3. Сектантская тематика в русском богословии с 1988 г. Краткий исторический обзор появления сект в России и противостояния им
     3.1. Полемическая литература и терминология
          3.1.1. Осуждение ереси «Богородичного центра» и «Белого братства»
          3.1.2. Появление в России теории тоталитарного сектантства

     3.2. Современные тенденции в русском сектоведении. Тоталитарная секта и деструктивный культ. Введение
          3.2.1. Определение тоталитарной секты или деструктивного культа, их критерии
     3.3. Анализ основных положений и критериев теории тоталитарного сектантства. Гуруизм
          3.3.1. Представление о гуру в индуизме
          3.3.2. Представление о гуру в некоторых современных сектах
          3.3.3. Эзотерический разрыв и организационная структура

     3.4. Методы обращения и удержания адептов в сектах
          3.4.1. Обман и насилие
          3.4.2. Бомбардировка любовью
          3.4.3. Гипноз и измененные состояния сознания
          3.4.4. Конфессиональная анонимность

     3.5. Синкретизм и эклектизм сектантских доктрин
     3.6. Приспособленность сект к массовой культуре, сращение с международным бизнесом, средствами массовой информации и спецслужбами отдельных государств
     3.7. XX век как время возникновения тоталитарных сект. Неисторичность этой теории
     3.8. Сопоставление учения современных сект с осужденными Церковью ересями
     3.9. Сопоставление святоотеческого подхода к сектам с методологией теории тоталитарного сектантства
     3.10. Отношение западных христиан к теории «промывания мозгов»
     3.11. Сопоставление религиозной практики новых сект с практикой мировых (культурообразующих) религий
4. Классификация сект. Введение
     4.1. Классификации сект в русском сектоведении
     4.2. Классификации ересей в святоотеческой литературе
5. Причины появления сект в России. Иностранное влияние
     5.1. Религиозное неведение
     5.2. Недовольство состоянием Русской Православной Церкви
     5.3. Социально-экономические и политические условия роста сект
     5.4. Духовно-нравственные причины сектантства
     5.5. Светские западные теории происхождения сект
6. Обзор русского сектантства
     6.1. Язычество и сектантство в домонгольский период
     6.2. Ересь стригольников
     6.3. Ересь жидовствующих
     6.4. Ересь Матвея Башкина и Феодосия Косого
     6.5. Ересь Квирина Кульмана и Дмитрия Тверитинова
     6.6. Хлысты
     6.7. Иоанниты
     6.8. Секта скопцов
     6.9. Духоборчество
     6.10. Молоканство
     6.11. Иеговисты-ильинцы
     6.12. Малеванщина
     6.13. Толстовство
7. Правовое регулирование деятельности религиозных организаций в России

Часть 5. Динамика и тенденции развития религий в мире

1. Динамика развития мировых религий и сект
2. Динамика и тенденции развития христианских деноминаций и сект (на примере США)
3. Динамика и тенденции развития сект в России
4. Примечания к таблицам


Представленный курс лекций вводит в круг проблем современного православного сектоведения. В нем рассматриваются разные подходы к пониманию природы сектантства, причин его появления и распространения, дефиниций, критериев и систематизаций сект. Прослеживается история сектоведения как богословской науки и влияние внешних факторов на ее понятийно-терминологический аппарат, методологию изучения и борьбы с сектами. Выявляются новые тенденции в русском сектоведении, которые рассматриваются с позиции святоотеческого предания. Для формирования широкого и объективного представления о сектантстве дается аналитический обзор его исследований в богословии западных конфессий, светском западном антикультовом движении и светской науке и показано влияние их идей в русском сектоведении. В книге публикуются проекты анафематизмов на секты, подготовленные VI отделом Предсоборного Присутствия для рассмотрения на Поместном Соборе 1917-1918 гг., а также послания и выдержки из постановлений Русских заграничных Церковных Соборов о сектантстве, спиритизме и оккультизме. В книге используется материал курса лекций по сектоведению, который автор читает с 1996 г. в Московской духовной академии и семинарии, а также в Нижегородской и Коломенской духовных семинариях.

ISBN 978-5-903657-09-4
© Р. М. Конь, 2008
© Нижегородская Духовная семинария, 2008
© Вознесенский Печерский мужской монастырь Нижегородской епархии, 2008
7 апреля 2010 admin
Адепты секты «Нетурей карто» осквернили мемориал в Иерусалиме
Адепты секты «Нетурей карто» осквернили мемориал в Иерусалиме3 апреля пятеро адептов израильской секты «Нетурей карто» были арестованы полицией за совершение акта вандализма. Задержанные были взяты с поличным при попытке разрушить мемориальную доску, установленную в самом центре Иерусалима в память о жертвах террористического акта. Люди, память которых была увековечена мемориальной доской, погибли в результате взрыва автобуса 25 февраля 1996 года.
7 апреля 2010 Анастасия ЗВОНАРЕВА
В Туле секта «Карма Кагью» планирует провести вербовочное мероприятие
В Туле секта «Карма Кагью» планирует провести вербовочное мероприятие7 апреля в Тулу приедет ученик лидера секты «Карма Кагью» датчанина Оле Нидала, «странствующий учитель» Бернхард Линдер. Местные кармакагьювцы уже арендовали в Туле достаточно просторный актовый зал. По городу расклеиваются объявления. Линдер прочитает в Туле лекцию и постарается приобщить к секте побольше туляков. В объявлениях заявлена только лекция. Но, как показывает практика, в данном случае будет не просто лекция. Сектанты, конечно же, предложат всем пришедшим помедитировать, не объясняя новичкам что это, прежде всего, религиозное действо...
6 апреля 2010 Дарья ЕЛИЗАРОВА
Днепропетровск. Президент Украины Виктор Янукович наградил лидеров сект. ФОТО
Днепропетровск. Президент Украины Виктор Янукович наградил лидеров сект. ФОТОПрезидентские благодарственные грамоты «за выдающийся вклад в духовное возрождение Украины» 26 марта получили лидеры харизматических сект Днепропетровска. От имени президента страны Виктора Януковича награды сектантам вручил председатель так называемого Духовного совета Украины Владимир Шушкевич. Награды удостоились пастор секты «Благая весть» Владимир Иванов и ряд лидеров других харизматических общин...
5 апреля 2010 Александр ГУРАЛЬСКИЙ
 
 
Раздел форума
Обсуждаемая тема
Автор сообщения
Время