Шаривка - место, где паслись единороги

Главной изюминкой хмельницкой Шаривки является оборонная церковь-крепость. В XIX в. была такая мода, что башни-колокольни массово демонтировали, как на подроссийской, так и на подавстрийской Украине. Шаривской церкви Рождества Богородицы очень повезло - это один из немногих храмов, где эта башня сохранилась. В 1567 г. во время нападения очередного татарского отряда (по этой части Подолья крымчане слонялись с завидной регулярностью) его разбили.

Три года храм пустовал, пока не был восстановлен Бернгардом фон Претвитцем (он же Бернард Претвич), которому польский король Сигизмунд I в 1539 г. предоставил Шаривку и еще ряд поселений в пользование. В 1550 г. село становится их семейной резиденцией. Выходец из Силезии Бернард Претвич (1500-1563) – личность незаурядная и не менее мистическая, чем Калиостро из соседних Сутковцов. Рассказ о нем занял бы не одну страницу, а биографии хватило бы на парочку авантюрных романов и приключенческих голливудских блокбастеров. Пан Бернард во главе отряда казаков сильно давал взбучку татарам и туркам, и так, что они на Подолье почти не совались. Бернард Претвич получил прозвища «Стена Подолья» и «Страх татар». А еще Бернгард фон Претвитц подстрелил последнего на Земле единорога. Произошло это в окрестностях Шаривки или где-то еще – неизвестно, но учитывая сказочные пейзажи Шаривщины, почему бы здесь и не жить последнему сказочному животному? В 1530 г. Претвич прислал королю Сигизмунду I Старому рог собственноручно убитого последнего единорога (по крайней мере, об этом воин написал в письме, прилагавшемся к трофею). Через десять лет владельцем этого рога стал император Фердинанд I Габсбург. Сегодня украшенный различными изысками охотничий трофей владельца Шаровки экспонируется в Вене. А вот в Шаровке после Бернарда Претвича единорогов уже не осталось - только козы.

Сын Бернарда от второй жены, воевода Подольский, староста Теребовлянский Якуб Претвич (1543-1613) в начале XVII в. превратил православный храм Покрова в католический костел Благовещения. По другим данным, это произошло еще при его отце в 1570 г., сразу после того, как тот отстроил разрушенную татарами церковь. При Якубу Претвиче у храма возводится монастырь отцов доминиканцев. Также он восстанавливает замок (он находился на высоком мысе, через реку сразу напротив церкви). Похоронили Якуба Претвича в церкви-крепости. К началу 1830-х там сохранялась памятная табличка по этому поводу, которую, скорее всего, убрали новые владельцы храма. В XVIII в. храм претерпел значительные разрушения. Хотя эпоха татарских набегов миновала, но в Речи Посполитой хватало и внутренних конфликтов - многочисленные восстания гайдамаков, разборки между королем и Барской конфедерацией. Поэтому когда наступил мир, церковь пришлось изрядно «латать». Во время этого ремонта растесали и расширили до того узкие стрельчатые окна, пробили новые боковые входы и большое окно в башне-колокольне и тому подобное. Тогда же внутреннее пространство костела расписал украинский художник Иосиф Прагтль (1737-1799). Росписи, к сожалению, не сохранились.

После поражения Польского восстания 1830-1831 гг., которое поддержали многие на Правобережной Украине, император Николай I развернул широкие репрессии против поляков, Римско-Католической Церкви и всех вольностей, которые еще сохранялись со времен Речи Посполитой. Города были лишены Магдебургского права. «Немецкое право» оставили только Киеву, но ненадолго. В Шаривке в рамках антикатолической кампании закрыли монастырь (1831), а костел Благовещения снова стал православным храмом (1832), правда, названным уже в честь не Покрова, как раньше, а Рождества Богородицы. Во время реконструкции 1890-1892 гг. храм несколько «русифицировали» - замуровали старые готические проемы, установили на крыше деревянный барабан с низким шатром, украшенным небольшим куполом, и нарастили башню-колокольню. В таком виде церковь дошла до нашего времени. Наполеон Орда на своей акварели зафиксировал как выглядел храм в последней реконструкции. Особенно бросаются в глаза бойницы на башне-колокольне, выполненные в форме отверстия для ключа.

Из сакральных сооружений Шаривки стоит отметить также небольшой костел Матери Божьей Пресвятого Розария (1861 г.). Он находится в каких-то 300-400 метрах от церкви-крепости. Храм какой-то особой архитектурой не отмечается. Но от костела открывается панорама Шаривки и церкви-крепости. За кирпичным забором виднеются древние насаждения. Заметны остатки декора, замурованная арочная калитка, а кирпич, из которого сложен забор - откровенно «старорежимный». Еще одна шаривская достопримечательность - парк площадью 12,8 га, заложенный еще в начале XIX в. Здесь растет добрая сотня полутора-двухвековых деревьев. Среди них такие редкие, как Веймутова сосна, туя западная, «плакучий» ясень. Главной же изюминкой парка является оригинальное сочетание «горного» ландшафта с очень красивыми ставками, над которыми доминирует знаменитая церковь. История парка начинается после того, как в 1810 году городок переходит к помещице Елены Хемеминской. Она начинает строительство дворца и закладывает большой парк. Но насладиться новым жильем с парком она не успевает и вскоре умирает от чахотки. Только в 1857 г. ее наследник завершает строительство огромного трехэтажного дворца. Он расширяет площадь парка, устанавливает декоративные беседки и другие украшения. Ставки стали своеобразным продолжением парка. Здесь плавали лебеди и были оснащены купальни с песчаным пляжем и засыпанным песком дном. В 1902 году имение и парк покупает немец Тити Брум, который вместе с семьей поселяется в Шаривке. Лишенный сантиментов тевтон к новому имуществу относится сугубо утилитарно - вырубает значительную часть парка, чтобы возвести хозяйственные постройки. Во время революции шаривский дворец, как и большинство имений Подолья, уничтожили.

Из христианских памятников стоит осмотреть большую фигуру Девы Марии (начало XIX в.), установленную на старом католическом кладбище. Сегодня никто не знает, это просто фигура или памятник на погребении. Вокруг статуи расчищен большой участок и здесь периодически проводятся молебны. В пользу чисто сакрального, а не погребального значения фигуры свидетельствует и высоченный постамент (такие на могилах не ставят). Но не исключено, что высоченный постамент – лишь свидетельство местной похоронной гигантомании. Где-то за два десятка метров от фигуры стоят кресты на могилах Каэтана Станоского (1787-1857) и Анджея Малуя (1798-1857). Надгробие первого - ничего особенного, а крест на захоронении Малую высотой с пару этажей. Как положено в каждом уважающем подольском городке, была в Шаривке и большая еврейская община. От нее до нашего времени дошли лишь несколько домиков специфической архитектуры и заброшенный киркут - 4 ноября 1942 г. всех евреев в городе расстреляли на территории бывшего замка. Еще до начала ХХ в. в Шаривке действовала деревянная синагога XVII века. Как она выглядела - свидетельств не осталось. Сохранился только старинный рисунок резного деревянного арон-га-кодеша (специального шкафа для хранения свитков Торы).






Уровень мастерства водителя
 
5 сентября 2016 Ангелина ЛИСНЯК
 

ПОХОЖИЕ НОВОСТИ

  • Сутковцы - церковь-крепость, граф Калиостро и масоны
  • Теребовлянский Николай
  • Храм, вокруг которого кипит жизнь
  • Сугдея - земля святынь
  • История одной обители: от Яна Собеского до спецучреждения
  •  
     
    Раздел форума
    Обсуждаемая тема
    Автор сообщения
    Время