Центр «Аштар» - уфологическая секта

Центр «Аштар. Лечение святыми» появился в 1991 году. Основательницей считается Людмила Васильевна Шуванова, бывшая официантка и частый очевидец НЛО. В 2006 году последовательница Шувановой Татьяна Петровская (настоящая фамилия Логвина) прочитала лекцию об инопланетянах в школе № 14 г. Архангельска.

В результате разразился скандал, освещенный региональными и центральными СМИ. Несмотря на скандал, свою деятельность Петровска не остановила. Собрания аштаровцев регулярно проходили в Архангельске и Северодвинске. «МК в Архангельске» побеседовал с двумя бывшими адептами секты. По соображениям безопасности имена респондентов изменены.

«МК»: Как вы попали в центр «Аштар. Лечение святыми»?

Инна P.: Я узнала о центре «Аштар. Лечение святыми» в 2006 году через знакомую, которая была на их собраниях в Северодвинске. Она почувствовала положительный результат своих посещений, так как впоследствии бросила курить. Многих людей подкупило, что изначально на собраниях говорили непосредственно о Боге, Богородице, церкви и святых. Включалась православная музыка, были развешены иконы, т.е. присутствовала церковная атрибутика. Там нас призывали идти в храмы. Внешне все выглядело довольно просто и походило на истину, что многих людей и подкупало.

«МК»: Сколько человек уже было в составе «Аштара»?

Алексей П.: В Северодвинске на собраниях центра «Аштар» встречалось около 250 человек. Залы, которые арендовали руководители секты, всегда были переполнены.

«МК»: Что происходило на сеансах?

Инна Р.: Сеансы были платными, и как нам объясняли, все наши деньги шли на оплату аренды помещения. Выглядело это так. 3 часа занятий. Первый и последний час — информационные, а средний час посвящен лечению, т.е. 15 минут мы стояли и остальные 45 мин. садились в кресла, закрывали глаза и слушали духовную музыку. Помимо лечения Татьяна Петровская на съемных квартирах занималась диагностикой. К ней приходили люди, и она не касаясь их могла поставить диагноз. Как правило, она определяла болезни, которые пока не излечимы. Это во многом и цепляло людей, так как медицина в таких случаях бессильна. А здесь им говорилось, что Бог их вылечит и спасет. На собраниях приводились примеры излечившихся по их методике. Как ни странно, но я и сама почувствовала улучшение своего здоровья. Я полностью отказалась от таблеток. Мой сын оправился от тяжелой болезни. В итоге в 2008 году я решилась на выезд в резервацию.

«МК»: Я слышал, решение об отъезде было неожиданным для многих посетителей центра. Расскажите, как это произошло?

Алексей П.: В начале 2008 года собрания проходили в обычном ключе. И вдруг в июле Татьяна говорит, что скоро наступит конец света. В Северодвинске будет взрыв, и волна дойдет до Вологодской области. Ей это якобы сказали святые, и пора переезжать в другое место, в так называемую обитель. На следующей встрече она сказала, что святые ей показали это спасительное место. В общем, всем, кто хочет вымолить себя, своих родных, необходимо срочно туда переехать. Также она сказала, что требуется сдать ИНН и прочие документы, имеющие персональный код владельца, чтобы обезопасить себя от происков правительства и т.п. Все это она подкрепляла примерами, вырезками из газет и прочими материалами. Естественно, у нас началась паника. Надо было спасать детей, внуков. Она призывала продать квартиры, дома, машины и уехать в спасительную обитель. Затем Татьяна сама уехала и оставила своих помощников-лекарей, чтобы они организовали выезд. Многие стали в экстренном порядке собирать вещи, закупать одежду, хотя до последнего момента не знали, куда отправляемся. Это держалось в строгом секрете. Нас пугали, говорили, что за нами постоянно ведется слежка, и мы верили. Как ни смешно это сейчас звучит, но мы действительно верили, готовились к переезду по всем законам жанра шпионских фильмов.

«МК»: Неужели все было настолько секретно?

Инна Р.: Татьяна понимала, что внезапное исчезновение вызовет бурю обращений в различные инстанции родственников пропавших. Она это прекрасно понимала, поэтому изначально приняла все меры предосторожности. Люди, поехавшие в резервацию, были настолько запуганы «правительственными заговорами», что боялись каждой тени. Говорить с незнакомыми строго запрещалось. Мы действительно верили, что Татьяна – это наша спасительница.

Алексей П.: В Подмосковье к нам подошел человек из столицы и указал водителю дальнейший маршрут. Все остальные так и не знали, куда их везут. В итоге спасительной обителью оказалась заброшенное село Доброе, Пеновского района Тверской области. Ни дорог, сгнившие наполовину разрушенные дома, в общем хаос.

«МК»: Я слышал, есть и другая версия внезапной резервации?

Инна Р.: Да, как выяснилось позже, не приближающийся конец света послужил поводом для нашего внезапного отъезда. Дело в том, что когда Татьяна была на последних сеансах в Северодвинске, произошел крупный инцидент у нее на родине. Беременная женщина, посмотрев ее курсы, отказалась рожать в роддоме. В итоге при родах у себя дома умерла она и ребенок. Муж этой женщины стал угрожать Петровской расправой. Т.е. можно сказать, что внезапный отъезд в резервацию вызван страхом самой Петровской.

Алексей П.: Это мы узнали гораздо позже, когда вернулись из резервации и стали собирать информацию по поводу Петровской. Звонили по номерам, указанным в кодексе секты. Насколько информация правдива, сказать сложно, поскольку лично пообщаться с этим молодым человеком, который угрожал Петровской, нам не удалось. С нами разговаривали люди, которые хорошо знают Петровскую. По их словам, инцидент произошел как раз накануне объявления Петровской о приближающемся апокалипсисе.

«МК»: Опишите деревню, в которую вас привезли.

Алексей П.: Деревня была разрушена уже давно. До соседнего населённого пункта около 15 километров. Дорог почти нет. Там глинистая местность, поэтому проехать туда можно только на вездеходе. Мы ставили палатки, в которых жили какое-то время, пока не отремонтировали дома.

Инна Р.: А там вся деревня – три дома, и все они трухлявые до основания. В свое время это было селение какого-то крупного помещика, но потом, когда разрушили храм, дороги перестали поддерживать, и деревня вымерла.

«МК»: Что с вами происходило в резервации, опишите вашу жизнь в то время.

Алексей П.: Там выматывали нас психологически и физически. Днем работали за скудную похлебку, а вечером проводились курсы. Сил более или менее осознанно думать не оставалось. Чем больше мы там жили, тем сильнее было на нас давление.

Инна Р.: Представляете, света нет, курсы проводились в потемках. Осень, грязь, глина, голод и все это на фоне постоянной психологической накачки со стороны Петровской.

Алексей П.: Также в резервации произошло разделение на две группы. Первая – это Петровская со своим окружением, состоящим из нескольких близких ей человек. Вторая – все остальные, обычные работники. Петровская со своей «свитой» физически ничем не занимались, а просто ходили и смотрели за нами, как мы работаем. И все время говорили: «Так вы искупаете свои грехи» и т.п.

Инна Р.: Выносили ведра с фекалиями. Ведро взял, отнес на гору – значит, отмолил какой-то грех за весь свой род. Чем больше унес, тем больше грехов замолил. И мы с утра чуть ли ни на перегонки тащили все это в гору (смеется).

Алексей П.: Да, сейчас, конечно, это может вызвать улыбку, а тогда мы воспринимали все абсолютно серьезно.

Инна Р.: У нас был там такой человек, звали ее Марина, она якобы связывалась с умершими родственниками. Она нам говорила, что наши старания и такие работы очищают не только нас, но и наш род.

«МК»: Говорят, что над деревней, в которой вы жили, видели в то время какой-то летающий объект...

Инна Р.: Там действительно курсировал какой-то летающий объект. С позиции Петровской это явление преподносилось так: «Смотрите, нас курируют высшие силы»!

Алексей П.: Там же военный аэродром недалеко, т.е. понятно, откуда были эти летающие объекты (смеется). Тогда мы этого не понимали и все, что нам говорила Петровская и ее окружение, считали правдой.

«МК»: Въезд такого количества людей не мог остаться незамеченным. Приезжали ли к вам представители местной власти?

Алексей П.: У Петровской были специально придуманы условные сигналы. Когда узнавали, что скоро появится какая-либо проверка (очень много человек жили там нелегально), выпускалась ракета. И все уходили в лес. В результате в селе оставались только те, кто там действительно прописан. Готовили нас к подобным ситуациям тщательно. Каждый знал, что говорить в таких случаях. Да и дела до нас особого никому не было - деревня ведь все равно была практически заброшенной.

«МК»: Почему всё-таки решили уйти из «Аштара»?

Инна Р.: Просто на многие вещи, происходящие в обители, стала смотреть по-другому. Я купила там дом, а владеть им не могла – он считался собственностью обители. Кого Петровская хотела туда поселить, тот там и жил. Я деньги ей отдаю, она дает мне всего лишь расписку и больше никаких документов. В итоге появляются хозяева этого дома, говорят, что никаких денег и документов они не видели, и выселяют меня. Другой пример: я позвала в обитель сына. Он приезжает, а его не пускают! Говорят, что он бесноватый и делать ему здесь нечего. Почему?! У многих родственники приезжали, жили там, а моему сыну места не нашлось. Мне приходилось снимать квартиру для него в соседнем населенном пункте, для того чтобы видеться. После встречи с ним я стала сознавать, что далеко не все в резервации так гладко и хорошо, как говорила нам Петровская и ее приближенные. Там очень сильно притуплялись все человеческие чувства, в том числе и материнские. Нам все время в резервации говорили: «Вы чувствуете, что вы по родственникам не скучаете, и Господь вам помогает и тоску вашу убирает!»

Алексей П.: Как-то она говорила в резервации, что 12 сентября мы все погибнем, так как наступит конец света… Тогда мы серьезно готовились к этому дню. Но многие ее предсказания не сбывались. И люди начинали задумываться: а правда ли перед нами спасительница?

Инна Р.: У нее на все была отговорка. Конец света не наступил, так как вы молитесь и выполняете все поручения. Так или иначе, но люди стали сомневаться. Начались конфликты. Уже тогда глаза у меня практически «раскрылись», я ее стала воспринимать не как спасительницу. Видя это, Петровская на собрании обвинила меня чуть ли не во всех смертных грехах и назвала бесноватой. Люди тогда от меня практически все отвернулись. Я стала просить у Господа, чтобы помог мне выбраться оттуда, так как своими силами уйти из резервации не получится. Там очень сильно подавляют волю. Когда глаза «открылись», картина предстала ужасная. Архангелогородцев и северодвинцев буквально превратили в рабов, еды не хватало. Петровская со своим окружением отделилась от остальных и стала вести себя как владычица, а тех, кто пытался с ней поспорить, тут же очерняла. Часто она уезжала со своими приближенными за пределы резервации якобы по делам обители. Я теперь думаю, что она просто тратила деньги по ресторанам и прочим увеселительным заведениям.

Алексей П.: Ну, точно насчет ресторанов сказать нельзя, но в общую трапезную они перестали ходить. На территории мы стали находить различные банки из-под консервов и прочее. Они уже жили отдельно, построили для себя специально общежитие.

Инна Р.: Еще один немаловажный критерий повлиял на мое решение уйти из секты. Москвичей она выпускала за пределы резервации к родственникам. А когда дело доходило до северодвинцев или архангелогородцев, слышался категоричный отказ. Люди там голодали, очень не хватало рыбы, молока и т.п. Петровская тщательно следила за тем, чтобы мы не получали каких-либо продуктов извне. Узнав, что кто-то заказал консервов в городе, она тут же вызывала его «на ковер». Скрыть от нее что-то было невозможно. У нее везде были «уши», и довериться было некому, так как люди следили друг за другом.

«МК»: Как Петровская отнеслась к вашему выезду из резервации?

Инна Р.: Я уже так больше не могла. Пришла к Петровской и сказала, что уезжаю. Она, видя, что остановить меня не сможет, делает следующий ход. Согласившись, она предлагает остаться мне до следующего утра. А утром собрала весь народ и попросила меня произнести прощальную речь.

Алексей П.: Петровская любила устраивать спектакли такого рода.

Инна Р.: Я поблагодарила всех, сказала, что их люблю, но так сложились обстоятельства, и мне нужно срочно уехать… Петровская этого не ожидала. Она опять начинает поливать меня грязью, говорит, что я объела и обокрала людей. В общем, тогда я молилась Богу, чтобы он поскорее вывел меня оттуда. Машину Петровская мне так и не дала. Пришлось идти с бабушкой и ребенком 13 километров до проездной. Благо, ребята, которые были в резервации, помогли. Вот так не без труда, но все-таки мы добрались до дома.

«МК»: Уже несколько лет прошло с момента вашего пребывания в «Аштаре». Что вы можете сказать людям, находящимся сейчас в различных сектах?

Инна Р.: Я думаю, стоит написать книгу о всех мытарствах, через которые мы прошли, будучи в секте. Подробно описать всё, что потеряли (в материальном и психологическом плане). Конечно, «Аштар» фактически закрылся в нашем регионе, но ведь лукавый не дремлет – открывается много других сект. Они прячутся за церковной атрибутикой, Православием, хотя ничего общего, по сути, с ними не имеют. В тех случаях, когда мне было невыносимо тяжело, я до изнеможения бегала на лыжах и молилась. Нашла работу в храме. Только Господь может дать исцеление.

Алексей П.: В конце осени 2008 года Петровская отпустила около 80 человек из резервации домой. Но и сейчас там живет несколько человек. Люди уже настолько прозомбированы, что они просто нас не узнают. Хотя мы вместе жили и работали. Те, кто там сейчас живёт, уже не смогут вернуться к нормальной жизни. Уйти оттуда очень сложно, а вновь вернуться к нормальной жизни еще сложнее. Нам повезло, что пробыли там не так долго.



В 2006-2008 гг. расценки на услуги «Аштара» выглядели следующим образом:

                              Вход на лекцию - 70 рублей
                              Консультация и диагностика - 50-100 рублей
                              Книги (1 экз.) - 80 рублей
                              Диски - 30-50 рублей.

В резервации Петровской и ее приближенными собирались с адептов золото, серебро и драгоценные камни. Все «сборы» уместились на площади в 4 кв. метра. ИНН и прочие документы, имеющие персональный код, люди отдавали добровольно в налоговую инспекцию. А в специальных бланках, выпущенных Петровской, указывали, что документы сдаются «по религиозным убеждениям».
 

 
22 января 2011 Антон ЕРЕМЕНКО
 

ПОХОЖИЕ НОВОСТИ

  • В Кировограде власть отбирает храм у Православной Церкви
  • Современное русское сектантство
  • Фольксваген Шаран
  • Уровень мастерства водителя
  • Запорожье. МВД привлекло язычников к ответственности за захват заповедных земель
  •  
     
    Раздел форума
    Обсуждаемая тема
    Автор сообщения
    Время